7 (1)

Константин Батынков представляет выставку «Картография» в Крокин галерее c 14 июня по 16 июля 2017 года. Свою первую карту Константин Батынков нарисовал спустя 11 лет после первого, им произнесённого слова. И то, и другое оказалось формой постижения реальности, попыткой хоть как-то определить её параметры и себя в них.

Разница между словом и знаком во взаимодействии с окружающим миром не имела принципиального значения на этапе первого с этим миром соприкосновения. На тот момент Константин был просто Костей и смотрел на всё глазами ребёнка, не озадаченного взрослой игрой в правдоподобие, а мир был тождественен своему изображению.

С возрастом, всё оказалось сложнее и утратило утешающую однозначность, а игра в правдоподобия обрела выраженную артикуляцию в нескончаемом ряду хрестоматийных тем-маркеров. «Космос», «Москва», «Кремль», «Дороги», «Война», «Цирк», «Дали».

То, что рисует Батынков — вариации этой взрослой игры в правдоподобия, в правдоподобия условных обозначений, запечатлённых в пространствах квазигеографических карт и не только. Смысловая приставка «квази» позволяет создавать складный вымысел, фиксировать контуры фантазийных морей-океанов, островов-вулканов, не утруждая себя какой бы то ни было конкретикой. Батынков делает это с серьёзной отрешённостью одиннадцатилетнего ребёнка, «как бы» не осознающего разницу субъективного взгляда и объективной реальности. И ему начинаешь верить.

Карты и картины стали рисовать очень давно, и всегда верили тому, что на них изображалось. Их ценили, по ним жили, искали сокровища, организовывали наступательные операции, прокладывали «путь из варяг в греки»… Их собирали, ими наполняли музеи. И до поры  этого хватало, а правдоподобие  было тождественно реальности, определялось особенностями мировосприятия и опытным познанием территории собственной ойкумены, раскинутой до горизонта.

С появлением авиации горизонт ушёл куда-то под ноги и стал не актуальным. Реальность уместилась в формат иллюминатора самолёта, видео-объектив квадрокоптера, интерфейс гугла…

Но поиски очертаний мерцающей географии не прекратились.

«Картография» Батынкова именно об этом…